Сейчас уже никто и не вспомнит, в какой именно момент борьба женщин за равные права зашла в культурно-исторический тупик и привела к естественному результату - равным обязанностям. Девушки в военой и милицейской форме уже не вызывают повышенного интереса, жена, зарабатывающая меньше мужа, искренне переживает свое карьерное фиаско, а то, что ты не сумела сама заменить подтекающее колено в кухне и вызвала сантехника, приходится скрывать от подруг.
    А я вспомнила шикарную байку о том, как все начиналось. О женщинах в армии.
    Женщины в армии были всегда - медсестрички, поварихи, буфетчицы.  Иногда - библиотекарь попадется или работник клуба. Одним словом - по пальцам пересчитать можно было дам, пересекающих КПП воинской части. И вдруг в начале девяностых женщин стали массово привлекать к службе - "солдатки" и "прапорицы", щеголяя новенькими бушлатами и сапожками, заполонили немногочисленные улицы гарнизона. Проблема женской безработицы, привычно сопровождающая жизнь современных декабристок, внезапно истаяла. Офицеры заволновались. Во-первых, жалованье жены (и паек! паек!) выводило семью на новый уровень благосостояния. Во-вторых, возникло своеобразное состязание - кто пристроит супругу на более серьезный и относительно высокий пост.
   Первое время все шло нормально. Потом женщины-военнослужащие расслабились. Стали ходить в модельных туфлях. Потом стали самовольно модифицировать форму - то юбка длинновата, то брюки, представьте, такие не идут... Пилотки отвергли за явной немодностью. Потом стали приходить на службу попозже и срываться с нее в магазин и детский сад.
    В общем, проверка застала воинскую часть в полном хаосе. Проверяющий буквально озверел, пытаясь понять порядок секретных документов, переложенных кулинарными рецептами и модными журналами. И потребовал полевых учений. Марш-бросок, стрельба из автомата и сдача нормативов по противогазам показалась ему справедливой карой. Бегать женщины частью не умели, частью отказались заранее. Стреляли - как поросенок Пятачок, зажмурившись и повизгивая от отдачи. Проверяющий торжествовал.
Прохаживаясь перед строем дам в форме, встрепанных и красных после многократного надевания-снятия средств индивидуальной защиты, он заметил, что одна из женщин все еще в противогазе и снимать его не собирается. "Ну погодите же, чертовы бабы..."- взревел ревизор и сдернул с женщины резиновую маску, собственноручно вцепившись в металлическое "рыло". Икнул. Нервно хихикнул. Махнул рукой и ушел, не оглядываясь, в сторону клуба, где его давно ждал заготовленый банкет.
   Лицо прекрасной супруги командира части - а это была она - крашеной блондинки и законодательницы мод, покрывал жирный разноцветный слой смазаной косметики. Те же персиковые, угольно-черные и лазорево-перламутровые краски покрывали и внутренности противогаза. Помада съехала к уху, к щеке прилипла щеточка накладных ресниц.
   Второй ряд накладных ресниц с ужасом и недоумением обнаружил на следующий день внутри противогаза солдатик, которого приставили к отмыванию всей этой химической защиты.
   С тех пор воинская служба в среде офицерских жен перестала быть такой повальной тенденцией.